По словам Гуськовой, за последние 50 лет в России непосредственно от лучевой болезни умер 71 человек, 12 из них получили заболевание на флоте, остальные – на предприятиях атомной промышленности. На ПО «Маяк» диагноз «Острая лучевая болезнь» получили 59 человек, для 7 из них болезнь стала причиной смерти. По мнению автора последствия от аварии для здоровья пострадавших могли быть гораздо менее ужасны, если бы их выводили из-под облучения, так как при проживании в «чистой обстановке», болезнь перестает сказываться через несколько лет: лишь 11 человек из тех, кого вывели с зараженной территории, умерли от лейкоза. Однако организовать «вывод» в массовом порядке было невозможно – с комбината не отпускали квалифицированные кадры, да и сами люди, получив столь серьезное заболевание, не стремились сменить высокооплачиваемую и гарантированную работу на неопределенность.

Что же касается тех, кто попал в зону Восточного радиационного следа, – речь идет о жителях загрязненных территорий и военнослужащих, служивших в дислоцированных поблизости частях, то за их здоровьем, по сути, никто не следил, так как менее десятка специалистов, работавших на ПО «Маяк», не могли справиться со столь огромным объемом работы. Вместе с тем, Гуськова считает, что переселять еще сохранившиеся в зоне загрязнения населенные пункты не стоит, по крайней мере, предоставляя жителям свободу выбора места, так как в этом случае они выйдут из-под контроля специалистов, а обычные медики вряд ли смогут правильно диагностировать и контролировать их заболевания. При этом автор указывает, что заболеваемость раком у жителей загрязненных территорий в 55% случаях связана с облучением и требует особой системы лечения.